Berta.me

  1. фото: Евгения Зубченко

    фото: Евгения Зубченко

    фото: Евгения Зубченко

    фото: Евгения Зубченко

    • 1
    • 2

      фото: Евгения Зубченко

    • 3
    • 4
    • 5

      фото: Евгения Зубченко

    • 6

    Mutual accusations 

    4.10.2018

    Installation, blue room, where plays Placebo track “Where Is My Mind?” and forms resembling outdated aerial bombs (47x70x47) are slowly spinning. They are covered with T-shirts, side feathers are metal. Among them there is a chair, my clothes are dropped on it, next is Remark’s “Shadows in Paradise” and bottles of “Treasure of Crimea” wine, beer and Coca-Cola, drunk during the performance. The chair and items are emitting neon flame. Light: from a street lamp, red neon and Vera’s LED lamps.

    With your feet in the air, when your head on the ground

    You try this trick and spin! Yeahh!

    Your head will collapse , when there is nothing in it

    Where is my mind?

    Where is my mind?

    Where is my mind?

    Where is my mind?

    Way out, in the water see her swimming

    (Placebo, Where is my mind?)

    "Human relations are formed not only through dialogue, but also through mutual accusations. Although it is difficult to say where the constructive dialogue ends and where the reproach begins. Inability to hear the interlocutor and understand another point of view leads to a communication deadlock, conflict. And mutual reproaches of two people can develop into disagreements between the whole countries.
    I see today's time as a time of endless mutual accusations. I’m accusing, I am being accused - the consequences of this rhetoric are forming not only my personal space, but also the external perspectives of the common for all of tomorrow. In my new project I continue to talk about the “imperfection” of human feelings, which have an impact not only on the lives of individuals, but also on global geopolitical processes.”
    PS: Now it seems to me that this work could only happen in October 2018. At that time I wanted to do exactly like that, what is it? Premonition? Bouquet of fragmented feelings, fatigue? Irritation? But then I realized that simply making an object for an exhibition is not what I want. I wanted them to emerge from circumstances, to become not just the result of craft efforts, but the outcome of a communication twist. I invited Olya, Vera, Yura, Valya brought Denis, Grisha, who could not come, Ada, Anya, Dasha, Vanya + Egor. We were drinking sweet table wine from the Crimean shores, talking about nothing, sometimes making plans. Yura was speaking into the phone, he wanted to prove to us that the phone was eavesdropping, the telephone was indeed eavesdropping, offering advertisement, based on the content of the conversation. It was more entertaining than scaring. Then I wrote the text for the exhibition, which summarized and explained all that. Now this text seems strange to me, but I will leave it, like this addition dated March 20, 2019. 

    Взаимные обвинения 

    4.10.2018

    Инсталляция, синий зал, где под трек Placebo «Where Is My Mind?», медленно кружатся формы, напоминающие устаревшие авиационные бомбы (47х70х47). Они обтянуты футболками, боковые перья металлические. Среди них кресло, на нем сброшена моя одежда, рядом Ремарк «Тени в раю» и распитые во время перфоманса бутылки вина «Сокровища Крыма», пива и кока-колы. Кресло и вещи выпускают неоновое пламя. Свет: от уличного фонаря, красного неона и Вериных светодиодных ламп.

    Если твоя голова на земле, значит, ноги в воздухе.

    Ты пробуешь этот трюк и несешься! Ееее!

    Твоя голова развалится, если в ней ничего нет.

    И ты спрашиваешь себя...

    Где мой рассудок?

    Где мой рассудок?

    Где мой рассудок?

    Где мой рассудок?

    Это отпад - видеть в воде, как она плывет

    (Placebo, Where is my mind?)

    "Человеческие взаимоотношения формируются не только через диалог, но и через взаимные обвинения. Хотя где заканчивается конструктивный диалог, а где начинается упрек — сказать сложно. Неумение слышать собеседника и понять другую точку зрения приводит к коммуникационному тупику, конфликту. А взаимные упреки двух людей могут перерости в разногласия между целыми странами. 

    Я вижу сегодняшнее время как время бесконечных взаимных обвинений. Я обвиняю, меня обвиняют - последствия этой риторики формирует не только мое личное пространство, но и внешние перспективы общего для всех завтрашнего дня.

    В своем новом проекте я продолжаю говорить о «несовершенстве» человеческих чувств, оказывающих влияние не только на жизни отдельных людей, но и на глобальные геополитические процессы".

    PS: Теперь мне кажется, что это работа могла произойти только в октябре 2018-го года. Тогда захотелось сделать именно так, что это? предчувствие? букет разрозненных чувств, усталость?, раздражение? Но тогда я точно понял, что просто сделать объект на выставку - не то. Хотелось, чтоб они возникли из обстоятельств, cтали не просто результатом ремесленных усилий, а исходом коммуникационного виража. Я пригласил (Олю, Веру, Юру, Валя привела Дениса, Гришу, который не смог, Аду, Аню, Дашу, Ваня+Егор). Мы пили сладкое столовое вино с крымских берегов, говорили ни о чем и шили, иногда строили планы. Юра говорил в телефон, хотел доказать нам, что он подслушивает, телефон и вправду подслушивал,  предлагая рекламу, исходя из содержания разговора. Это больше развлекало, чем пугало. Потом я написал текст к выставке, в котором обобщал и объяснял. Теперь он мне кажется чужим, но я его оставлю, как и эту дописку 20 марта 2019 года. 

  2. Даша

    Даша

    Вера

    Вера

    Юра

    Юра

    Даша

    Даша

    Вера

    Вера

    Юра

    Юра

    • 1

      Даша

    • 2

      Вера

    • 3

      Юра

  3. Денис

    Денис

    Оля

    Оля

    Ада

    Ада

    Денис

    Денис

    Оля

    Оля

    Ада

    Ада

    • 1

      Денис

    • 2

      Оля

    • 3

      Ада

  4. Валя

    Валя

    Егор

    Егор

    Ваня

    Ваня

    Валя

    Валя

    Егор

    Егор

    Ваня

    Ваня

    • 1

      Валя

    • 2

      Егор

    • 3

      Ваня

  5. Вера Трахтенберг

    Игорь Самолет. Взаимные обвинения

    Невозможность дистанцироваться от близкой дружбы с
    художником не является достаточным основанием для отказа от
    написания рецензии на его выставку.
    Вера Трахтенберг

    В начале октября в мастерской фонда Владимира Смирнова и Константина Сорокина открылась новая персональная выставка московского художника Игоря Самолета “Взаимные обвинения”. Почти год назад в том же пространстве он создал проект “Пьяные признания”, отмеченный попаданием в шорт лист премии Инновация. За год в творческом методе Игоря произошли значительные изменения – от прямой репортажной фотографии Самолет перешел к перформативной, а в сам проект “Взаимные обвинения” попала всего одна фотография. Новая выставка художника выходит за пределы фотографического медиума и становится тотальной инсталляцией, существующей в двух измерениях, объединенных общей идеей. Но высказывание автора, которое мы можем частично считать в названии выставки, лишено однородности: он отказывается от поверхностных прямолинейных суждений, морализаторства и работы с повесткой, негласно принятой политизированной частью арт-сообщества, продолжая работать с той же самой социально-политической парадигмой в качестве стороннего наблюдателя, а не критика. Работу Самолета можно назвать этически ориентированной, но лишь в контексте его авторской оптики – Игорь сочетает очевидную реальность с невидимым, личным. Приметы времени в его проектах материальны буквально, это артефакты, которые он собирает со страстью подлинного коллекционера, делая их частью инсталляций, и, таким образом, частью истории, поскольку он мыслит не линейными временными промежутками, а иной категорией, которую можно вербализировать словом “вечность”.

    Первый зал мастерской Самолет превратил в поле, усеянное крутящимися под музыку муляжами авиационных бомб. Вообще тема бомбы не случайна в его работе, и я могла бы уделить этому не одну страницу текста, но ограничусь тем, что в юности Игорь был поражен фильмом Кубрика «Доктор Стрейнджлав, или как я перестал бояться и полюбил бомбу». В этой комедии (рекомендую к просмотру) американцы сбрасывают бомбу на родной город художника – Котлас, после чего начинается Третья мировая война. Как ни странно, этот город с населением шестьдесят тысяч человек действительно входит в щит ПВО Российской Федерации. Помимо этого, Самолет работал фотографом в российских лесах, где волонтеры искали для перезахоронения останки советских соладат, павших в Великую Отечественную; иногда они находили снаряды времен войны, а эти снаряды взрывались. Взрыв бомбы произвел сильнейшее впечатление на художника, он даже сделал видео, в котором гладит атомную бомбу, как будто пытаясь её успокоить. Примечательно, что все авиабомбы для выставки “Взаимные обвинения” обшивали своими любимыми футболками друзья художника (среди которых и автор этого текста) – это был настоящий коллективный перформанс в рамках подготовки к выставке, занявший целую неделю. Процесс “шитья” бомб Самолет, как всегда, задокументировал. Для критика всегда самым сложным является поиск ответа на вопрос “Что хотел сказать художник”, особенно если сам художник не нуждается в этом ответе. Как мне кажется, для Игоря важным было показать факт рукотворности смертельного оружия, которое создается как бы между делом, за неформальной болтовней и в непринужденной обстановке. Так и работает система взаимных обвинений – за словами следуют угрозы, а за ними опрометчивые проявления агрессии, последствия которой фатальны и необратимы. Для меня самой изготовление “игрушечной” бомбы стало актом проявления моей позиции пацифиста, я использовала футболку с надписью “ЖЕРТВА”, таким образом сделав микро-высказывание, ставшее интервенцией в инсталляции Игоря.

    Посреди поля из бомб Самолет поставил старое кресло с какими-то личными вещами и неоновыми языками пламени, вокруг кресла валялись пустые бутылки и окурки. Здесь проницательный критик мог бы усмотреть отсылку к работе Трейси Эмин “My Bed”, но всё гораздо проще – Игорь всегда рассматривает социальные проблемы через призму личных переживаний: вот моя жизнь, вот мое кресло, и гори оно всё огнем, но я просто зритель, фиксирующий исторические события так, как я их вижу.
    Игорь Самолет создал проект, логично следующий за “Пьяными признаниями”, ведь “Взаимные обвинения” по утру – любимая русская забава, но он вышел далеко за рамки личного, не преследуя при этом никаких активистских целей, документируя реальность со смешанным чувством милосердия и сотрадания к ней, поскольку как художник и фотограф он обладает не только мощной иронией, но и высоким уровнем эмпатии не только к людям, но и к артефактам эпохи.